Валерия Старк

Почему служебные романы наносят серьезный вред имиджу бренда и могут негативно сказаться на стоимости акций компании

Мы проводим треть нашей жизни на работе. Немудрено, что по этой причине 19% россиян находят партнеров в офисе. Если бы не любители служебных романов, не сложились бы такие пары как Билл и Мелинда Гейтс, Барак и Мишель Обама, Бред Питт и Анжелина Джоли или из последних примеров — партнеры по «Игре престолов» Кит Харрингтон и Роуз Лесли. Так что же не так в добровольном слиянии сердец без отрыва от производства и почему все чаще нам приходится слышать об отстранении топ-менеджеров корпораций за неуставные отношения с подчиненными, как это случилось с CEO компании Intel Брайаном Кржаничем?

Отношения между сотрудниками — головная боль работодателя, потому что они становятся одной из самых частых причин, по которым инициируются судебные разбирательства с участием компании. Неудобный для работодателя парадокс служебных отношений с плохим концом заключается в том, что в отношения вступают обычные люди, но судятся между собой потом работники компании. В итоге компания оказывается вовлечена в разбирательства как минимум в качестве третьей стороны.

Многие полагают, что добровольные отношения, как это было в случае с Брайаном Кржаничем и его подчиненной, не должны порицаться, и что контролировать стоит только случаи сексуальных домогательств. Казалось бы, два взрослых человека вступают в отношения и никто никого не заставляет. С точки зрения человеческой все действительно так, но работодатели и HR думают иначе: любые отношения по вертикали в том числе и добровольные — это табу и, как правило, запрещены уставом компании и прочими внутренними документами. Ответственность за нарушение этого пункта, в большинстве случае, ложится только на начальника, а не подчиненного. И в этом нет ничего личного. Дело в том, что, с юридической точки зрения, подчиненный находится в положении уязвимого — и любое даже гипотетическое посягательство на его права и свободы сотрудником компании, обладающим властью над другим работником и возможностью оказывать влияние на его карьеру, — ахиллесова пята компании. И даже добровольное согласие подчиненного на такие отношения не меняет его юридического статуса. Точно так же, как ответственность за добровольную покупку алкоголя несовершеннолетним ложится на продавца, а добровольное вступление 13-летним в половую связь с 20-летним ложится на последнего. Последние два примера давно стали для общества чем-то само собой разумеющимся, но почему-то регламентация отношений менеджер-субординат вызывает массу дебатов, хотя никаких принципиальных отличий здесь нет.

Единственное, что может несколько смягчить ситуацию и снизить риски для компании — так называемый «love contract» — соглашение, которым влюбленные сотрудники подтверждают, что их отношения добровольные и что они осведомлены о политике компании относительно домогательств. Такой контракт может защитить компанию в случае, если кто-то из акторов решит в какой-либо момент подать в суд. Также такой документ может оговаривать правила поведения пары в рабочее время и то, что отношения не могут влиять на эффективность работы.

Любовь в процентах

Потенциальные судебные тяжбы — это, естественно, далеко не единственная причина, по которой такого рода отношения запрещаются. Имидж компании и продуктивность команды — это две немаловажные причины, по которым любой совет директоров будет такие отношения регламентировать в уставе компании. Имидж компании, а в особенности публичной — это часть бренда, а в условиях повышенной конкуренции репутация является одним из ключевых компонентов успеха. Допустим, у вас модный бренд одежды с магазинами по всему миру или качественное приложение по заказу такси с самыми удобными тарифами. Кому какое дело с кем спит ваш топ-менеджер или, скажем какие модели рекламируют ваш бренд. Покупали и будут покупать. Но это не совсем так. У покупателя есть выбор и покупатели поколений Y и Z знают, что посредством своего выбора они поддерживают не только бренд, но и ценности, которые он пропагандирует. И поэтому любые скандалы, в которых есть злоупотребление правами или ущемляются права меньшинств, приводят к волне недовольств и как следствие падению акций. В таких ситуациях совет директоров должен принимать решения незамедлительно, потому компания, прикрывающая любые не этические действия сотрудников, будет терять в стоимости акций со скоростью появления селебрити, обвиняющих Харви Вайнштейна в домогательствах.

Вспомним ситуацию с Uber, когда в 2017 году, накануне ожидавшегося тогда выхода на биржу, после многочисленных скандалов с домогательствами и обвинениями, Тревис Каланик был вынужден покинуть пост CEO компании. Связано это было с тем, что сразу несколько основных инвесторов снизили оценку компании на 5-15 % в связи с ухудшением имиджа. После неудачной маркетинговой кампании H&M, в которой на чернокожего мальчика надели майку с надписью «coolest monkey in the jungle» (Самая крутая обезьяна в джунглях. — Forbes), акции компании просели приблизительно на 14 %, и только ленивая звезда не призвала бойкотировать бренд в Twitter. Когда модель Кейт Аптон выдвинула обвинения в домогательствах против креативного директора бренда одежды и аксессуаров Guess, акции компании упали на 18%. Компания Wynn Resorts потеряла более 8% стоимости после серии обвинений владельца компании в домогательствах, а акции компании Hewlett Packard просели на 7,9 % по той же причине.

Имидж компании важен не только снаружи, но и изнутри. То, как компанию и ее ценности воспринимают ее же сотрудники, напрямую влияет на мотивацию и продуктивность. Сплоченность команды и психоэмоциональное состояние работников напрямую влияет на успех компании. А личные отношения, как известно, крайне заметно влияют на это состояние, и решения людей, находящихся на ключевых позициях, могут быть спровоцированы личными моментами, что в конечном счете может быть губительно для бизнеса. Важно понимать, что CEO является гарантом этих ценностей. А господин Кржанич сам же эти правила нарушил и поэтому сам должен был покинуть и совет директоров, и пост CEO. К тому же в Intel, как и во многих технологических компаниях, до сих пор подавляющее большинство сотрудников — мужчины. Из diversity отчета за 2017 год видно, что всего 26,7% сотрудников — женщины, и те не на ключевых позициях.

В пору time’s up и metoo, когда общество пристально следит за соблюдением равной оплаты труда и за гендерным и расовым балансом, такое положение дел может быть слишком рискованным для публичной компании с оборотом в $60 млрд.

Источник

Интересные материалы на эту тему

Ему не рожать. Почему работодатели напрасно предпо... Галина Спасенова Мужчины на собеседованиях говорят о «росте дохода» и «амбициозных задачах», в то время как женщины, поднимая вопрос мотивации, чаще ...
Как отметить праздник на работе без лишних рисков... У многих впереди теплые предпраздничные посиделки с коллегами. Но у такого досуга есть свои опасности. Рассказываем, как не омрачить себе конец года у...
Лекарство для тех, кто не хочет идти на работу... Патрик Ленсиони От редакции. Миллионы людей (и, возможно, даже вы) каждый день испытывают страдания от того, что не хотят идти на работу. Можно ли им...
Почему самые умные не всегда становятся самыми усп... Элис Бойес Марк всегда был одним из лучших учеников в классе. Его карьеру можно назвать неплохой, но когда он заглядывает в Facebook, то видит, что о...
Научитесь говорить о своих талантах без скромности... Томас Чаморро-Премузик В идеальном мире люди, проводящие собеседования, могли бы сами точно оценить ваши таланты, и вам не пришлось бы хвастаться или...
15 бывших сотрудников Google рассказали, почему он... Каждый хочет работать в Google – но мы выяснили, как 15 бывших сотрудников Google поняли, что им пора уходить Работа в компании Google – это мечта ...
По всем фронтам. Как остаться профессионалом во вр... Галина Спасенова После декретного отпуска женщина оказывается между двух огней. С одной стороны, она боится быть плохой матерью, с другой — плохим ...
0.5